Долгое время российский ИТ-сектор существовал в режиме постоянного роста — компании расширяли инфраструктуру, запускали новые продукты, активно осваивали облачные сервисы. Приоритетом была скорость, а не стоимость эксплуатации.

Уход зарубежных вендоров, изменение геополитической экономической ситуации заставили пересмотреть этот подход, вынудив компании в спешке менять технологический стек. Им пришлось не только тестировать новые платформы, но и пересматривать расходы на уже используемые решения. На первый план вышло не развитие и масштабирование любой ценой, а наведение порядка в сформировавшихся процессах и инфраструктуре.

Процессы как основная статья расходов

Ранее в ключе оптимизации ИТ компании в первую очередь смотрели на стоимость вычислительных мощностей — насколько эффективно они утилизируются, можно ли отказаться от какой-либо их части, стоит ли перенести отдельные сервисы в облако.

Сегодня на первый план выходят несколько иные статьи расходов — затраты на эксплуатацию инфраструктуры. Ведь по мере расширения и развития ИТ-ландшафта растет как объем требуемых ресурсов, так и количество процессов, необходимых для их обслуживания, — подготовка новых серверов, развертывание виртуальных машин, обновление платформ, управление доступами, обработка заявок. Сами по себе эти задачи не являются сложными или дорогостоящими, и, как правило, компании без каких-либо проблем справляются с ними, когда их немного. При этом когда таких операций становится все больше и больше, срабатывает накопительный эффект — объем ручной работы становится критическим, серьезно усложняется сопровождение инфраструктуры, и увеличиваются операционные издержки.

Фактически инфраструктура растет быстрее, чем способность компании ее контролировать, а отсутствие единой точки управления и автоматизации рутинных операций превращает масштабирование в источник постоянных проблем:

• ресурсы оборудования используются неравномерно, часть мощностей простаивает или используется неоптимально, из-за чего ИТ-бюджет расходуется неэффективно — согласно ряду исследований, это актуально для 40% ресурсов CPU и оперативной памяти на корпоративных серверах в РФ;

• пропорционально расширению ИТ-инфраструктуры растут операционные расходы и количество ошибок, вызванных человеческим фактором;

• скорость вывода новых продуктов увеличивается из-за длительных согласований и ручных операций.

Кроме того, за последние несколько лет инфраструктуры многих предприятий стали заметно сложнее — многие из них внедрили новые платформы виртуализации, начали активнее использовать гибридные модели и активнее распределять ресурсы между несколькими площадками. В результате именно процессы управления постепенно становятся главным ограничением — инфраструктура технически готова к дальнейшему росту, а вот процессы ее эксплуатации не успевают за темпом развития.

Автоматизация сценариев

Чем крупнее инфраструктура, тем больше в ней взаимосвязанных процессов. Именно поэтому к управлению физическими серверами, виртуальными ресурсами, сетевыми компонентами, расчетами, услугами и сервисами не стоит относиться как к набору отдельных задач — все эти элементы становятся частью единой операционной системы бизнеса. Соответственно, и эффект от автоматизации достигается не на уровне отдельных операций, а только при сквозной автоматизации всей цепочки.

Один из первых уровней, где компании сталкиваются с необходимостью автоматизации, — управление физическим оборудованием. Например, ввод нового сервера в эксплуатацию. Для этого недостаточно просто установить и подключить его к сети — необходимо добавить сервер в систему управления, подготовить к работе с актуальной платформой виртуализации, обеспечить его мониторинг, включить в существующие регламенты эксплуатации.

То же самое справедливо и для виртуальных сред. Создание виртуальной машины — это лишь отправная точка. Дальше начинается управление ее жизненным циклом, включая, например, изменение конфигурации, масштабирование, контроль использования ресурсов, обновление, вывод из эксплуатации. Однако без инструментов автоматизации виртуализация не раскроет свой потенциал. Например, инфраструктура может иметь достаточный запас ресурсов, но из-за непрозрачного управления мощности будут распределяться неоптимально, что приведет к прямым финансовым потерям — компания платит за ресурсы, которые не использует, упуская возможность масштабировать бизнес без дополнительных вложений.

Кроме того, рост инфраструктуры практически всегда сопровождается увеличением количества рутинных административных задач. С увеличением числа сервисов и пользователей становится пропорционально больше поток заявок, усложняется процесс согласования ресурсов и возрастает нагрузка по сопровождению действующих систем. И, что самое важное, тем меньшую эффективность дает ручное управление и тем сильнее повышается вероятность возникновения ошибок, ведущих к дополнительным затратам времени и ресурсов. Особенно остро эта проблема стоит перед провайдерами и крупными корпорациями с выделенным внутренним провайдером, значительная часть операционных затрат которых связана с бизнес-процессами вокруг услуг — обработкой запросов, выделением ресурсов, учетом их фактического потребления.

Выход из этой ситуации — автоматизация. И если раньше было достаточно автоматизировать отдельные задачи, то теперь логично говорить о полноценном переходе к сквозным процессам, где каждая операция логически связана с последующими. Цель такой автоматизации — не заменить специалистов, а вывести из ручного режима повторяющиеся процессы, которые выполняются по заранее определенным правилам: подготовка инфраструктуры, управление виртуальными ресурсами, обработка типовых заявок, изменение конфигурации сервисов.

В результате эффективность достигается не за счет сокращения отдельных функций, а за счет более тесной интеграции всех этапов — от выделения ресурсов до взаимодействия с конечным пользователем. Новый сервер, виртуальная машина или облачный сервис должны проходить весь путь — от создания до ввода в эксплуатацию — по единым правилам и с минимальным участием человека.

Сквозная автоматизация позволяет сделать операции более единообразными и предсказуемыми, снизить вероятность возникновения ошибок, зависимость от человеческого фактора, и, что немаловажно, сократить прямые расходы благодаря повышению прозрачности использования ресурсов. Логичным следствием этого тренда становится и смена самого подхода к выбору инструментов — компании все чаще ищут не отдельные точечные решения, а платформы, изначально спроектированные для сквозного управления инфраструктурой.

Сложность как скрытая статья расходов

За последние годы ИТ-ландшафт большинства компаний в разы усложнился. Вынужденный поиск альтернатив привычным платформам в сочетании с естественным стремлением бизнеса к гибкости привел к тому, что некогда однородные инфраструктуры превратились в сложные гибридные системы. Переход часто оказывался постепенным — одни сервисы мигрировали на новые решения, другие оставались на прежних местах, а для пиковых или тестовых нагрузок начали активно привлекаться мощности внешних облачных провайдеров.

В результате сегодня можно встретить среды, где одновременно сосуществуют две или три платформы виртуализации, несколько систем управления, собственные серверные мощности и разнородные облачные среды. И каждая из этих систем требует отдельной экспертизы, регламентов эксплуатации, обновлений, резервного копирования и мониторинга.

Подобная архитектурная сложность существенно повышает расходы на эксплуатацию ИТ-инфраструктуры — когда разные компоненты управляются по-разному, кратно возрастает количество ручных операций, усложняется сопровождение, становится труднее поддерживать единые политики безопасности. Любое изменение приходится учитывать сразу в нескольких системах, а поиск причин инцидентов занимает значительно больше времени.

При этом сам по себе гибридный подход абсолютно оправдан с точки зрения бизнеса. Критичные системы могут оставаться в собственном дата-центре, а временные или сезонные нагрузки — масштабироваться у внешних провайдеров. Но только до тех пор, пока все эти ресурсы управляются как единая инфраструктура, а не как набор независимых, разрозненных площадок.

В такой ситуации компании ищут не столько новый инструмент, сколько новый принцип управления — единую точку контроля, которая закрывает весь путь ресурса: от оборудования и виртуализации до биллинга и учета потребления. Собирать такую систему из разрозненных продуктов дорого и рискованно — каждая интеграция создает точку отказа и требует отдельной поддержки. Поэтому естественным ответом на этот запрос становятся экосистемные решения, изначально спроектированные как единый комплекс.

Именно поэтому на рынке сформировался запрос на экосистемные решения. Например, подход ISPsystem позволяет объединить управление физическим оборудованием, виртуализацией, гибридными и мультиоблаками, а также бизнес-процессами в единый контур и обеспечить сквозную автоматизацию ИТ-процессов — от ввода сервера в эксплуатацию до его учета в биллинге и управления гибридной средой. Благодаря тому, что все продукты были изначально спроектированы как компоненты единой экосистемы, заказчик получает готовое комплексное решение без скрытых затрат на интеграцию платформ между собой или их кастомную доработку и возможность сосредоточиться на повышении прозрачности и управляемости.

Именно предсказуемость и полный контроль над своими ресурсами становятся основным скрытым резервом, который позволяет бизнесу не просто держаться на плаву, но и уверенно следовать планам своего развития. Так скрытый резерв, о котором шла речь в начале статьи, оказывается не в новых закупках или экономии на мощностях, а в самой архитектуре управления — в том, насколько прозрачно и предсказуемо работают процессы, из которых состоит ИТ-инфраструктура компании.